Как было уже сказано, кредитный договор давным-давно потерял свою связь с сутью ДОГОВОРА. Теперь он являет собой документ, с которым заемщик может лишь согласиться. Юридически грамотно это называется — договор присоединения. Всем понятно, что сторона, которая составляет договор, будет исходить из своей выгоды и интересов. Другая сторона (заемщик) не может ни коим образом ни защитить, ни настоять на соблюдении своих прав. И кто-то еще действительно верит, что здесь соблюдается принцип свободы договора, согласно статье 421 ГК РФ!? Остается лишь уповать на «благородство» и «честность» банка)))). Банк, как известно, вам не друг и другом никогда не будет. История кредитования в России показывает, что если есть возможность нарушить законодательство или злоупотребить правами граждан для увеличения собственной выгоды, кредитная организация пойдет на это не задумываясь. В подтверждении данного посыла была и остается незаконная комиссия за выдачу кредита, которая всегда была незаконной!!! Очень часто навязывали и навязывают страхование, прикрываясь свободой договора и якобы тем, что заемщик все мог прочитать, не учитывая при этом, что прочитать и понять далеко ни одно и тоже.

Полное названия и реквизиты Постановления Конституционного Суда таковы: Номер 4-П. Дата: 23 февраля 1999 года. Название: Постановление по делу о проверке конституционности положения ЧАСТИ ВТОРОЙ СТАТЬИ 29 ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА ОТ 3 ФЕВРАЛЯ 1996 ГОДА «О БАНКАХ И БАНКОВСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ» В СВЯЗИ С ЖАЛОБАМИ ГРАЖДАН О.Ю. ВЕСЕЛЯШКИНОЙ, А.Ю. ВЕСЕЛЯШКИНА И Н.П. ЛАЗАРЕНКО. Вкратце остановимся на самой сути Постановления. Речь идет о том, что люди, которые разместили во вклады свои деньги столкнулись со стороны банка с односторонним изменением, само собой снижением, процентной ставки по их депозитам. Ни для кого не секрет, что раньше некоторые банки пытались в одностороннем порядке повысить процентные ставки по кредитным договорам. Из этих двух положений следует, что банк имеет огромное преимущество как правовое, так и экономическое, и когда «забирает» деньги во вклады, и когда выдает их в качестве кредитов. Ни вкладчик, ни заемщик ничего не могут изменить в договоре, хотя казалось бы, они совершают противоположенные действия, один приносит деньги в банк, а другому выдают их под проценты. Ни тут то было. Банк заботится о своих интересах ВСЕГДА и ВЕЗДЕ, а у вкладчика или заемщика есть только возможность согласиться с договором, а затем, если что-то выяснится, оспорить эти моменты только в законном, цивилизованном, судебном порядке и никак иначе.

Договор вклада (как и кредитный) — это договор присоединения, а там где есть присоединение уже нельзя вести речь о том, что обе стороны равны и существует свобода договора в ее изначальном смысле. С виду свобода договора есть, но она только с виду и не более. Никак реальных механизмов для реализации этой свободы у гражданина в досудебном порядке нет. Данное Постановление является наглядным примером того,  что гражданам пришлось пройти все инстанции до Конституционного Суда, а это и немало и не быстро, чтобы что-то изменить.

Далее следует возможно большой, но очень важный отрывок из Постановления.В суде на данное Постановление ссылаются, поскольку оно до сих пор отражает позицию Конституционного Суда России, что немаловажно для судов общей юрисдикции (те суды, где будут рассматриваться кредитные споры граждан). Далее по мере развития сайта секвойя.рф, мы напишем примеры тех документов, где можно и нужно упомянуть о данном Постановлении и позиции Конституционного Суда РФ. В отрывке будет фраза «договор банковского вклада», поверьте тоже самое относится и к кредитному договору, поскольку они оба заключаются на основании присоединения и их составляет банк. Жирным шрифтом будут выделены самые важные постулаты.

«4. Конституция Российской Федерации гарантирует свободу экономической деятельности в качестве одной из основ конституционного строя (статья 8). Конкретизируя это положение в статьях 34 и 35, Конституция Российской Федерации устанавливает, что каждый имеет право на свободное использование своих способностей и свободное использование имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности.

Из смысла указанных конституционных норм о свободе в экономической сфере вытекает конституционное признание свободы договора как одной из гарантируемых государством свобод человека и гражданина, которая Гражданским кодексом Российской Федерации провозглашается в числе основных начал гражданского законодательства (пункт 1 статьи 1). При этом конституционная свобода договора не является абсолютной, не должна приводить к отрицанию или умалению других общепризнанных прав и свобод (статья 55, часть 1, Конституции Российской Федерации) и может быть ограничена федеральным законом, однако лишь в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, прав и законных интересов других лиц (статья 55, часть 3, Конституции Российской Федерации).

В качестве способов ограничения конституционной свободы договора на основании федерального закона предусмотрены, в частности, институт публичного договора, исключающего право коммерческой организации отказаться от заключения такого договора, кроме случаев, предусмотренных законом (статья 426 ГК Российской Федерации), а также институт договора присоединения, требующего от всех заключающих его клиентов — граждан присоединения к предложенному договору в целом (статья 428 ГК Российской Федерации).

К таким договорам присоединения, имеющим публичный характер, относится и договор срочного банковского вклада с гражданами (пункт 2 статьи 834 ГК Российской Федерации) (Прим. сайта секвойя.рф, а также и кредитный договор), условия которого в соответствии с пунктом 1 статьи 428 ГК Российской Федерации определяются банком в стандартных формах. В результате граждане — вкладчики как сторона в договоре лишены возможности влиять на его содержание, что является ограничением свободы договора и как таковое требует соблюдения принципа соразмерности, в силу которой гражданин как экономически слабая сторона в этих правоотношениях нуждается в особой защите своих прав, что влечет необходимость в соответствующем правовом ограничении свободы договора и для другой стороны, т.е. для банков.

При этом возможность отказаться от заключения договора банковского вклада, внешне свидетельствующая о признании свободы договора, не может считаться достаточной для ее реального обеспечения гражданам, тем более когда не гарантировано должным образом право граждан на защиту от экономической деятельности банков, направленной на монополизацию и недобросовестную конкуренцию, не предусмотрены механизмы рыночного контроля за кредитными организациями, включая предоставление потребителям информации об экономическом положении банка, и гражданин вынужден соглашаться на фактически диктуемые ему условия, в том числе на снижение банком в одностороннем порядке процентной ставки по вкладу.

5. Осуществляя правовое регулирование отношений между банками и гражданами — вкладчиками, законодатель должен следовать статьям 2 и 18 Конституции Российской Федерации, в соответствии с которыми признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина является обязанностью государства. При этом, исходя из конституционной свободы договора, законодатель не вправе ограничиваться формальным признанием юридического равенства сторон и должен предоставлять определенные преимущества экономически слабой и зависимой стороне, с тем чтобы не допустить недобросовестную конкуренцию в сфере банковской деятельности и реально гарантировать в соответствии со статьями 19 и 34 Конституции Российской Федерации соблюдение принципа равенства при осуществлении предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности. Используя договор срочного банковского вклада, гражданин осуществляет именно такую экономическую деятельность.

Отсутствие в законе норм, вводящих обоснованные ограничения для экономически сильной стороны в договоре срочного банковского вклада, приводит к чрезмерному ограничению (умалению) конституционной свободы договора и, следовательно, свободы не запрещенной законом экономической деятельности для гражданина, заключающего такой договор. При этом положение части второй статьи 29 Федерального закона «О банках и банковской деятельности», поскольку оно позволяет банку на основе договора снижать процентную ставку в одностороннем порядке, вводит ограничение указанных конституционных прав и свобод граждан без определения в федеральном законе оснований, обусловливающих такую возможность. Тем самым нарушаются предписания статей 34, 35 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, создается неравенство, недопустимое с точки зрения требования справедливости, закрепленного в преамбуле Конституции Российской Федерации.

6. В соответствии со статьей 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации именно законодатель устанавливает основания и пределы необходимых ограничений конституционной свободы договора соразмерно указанным в этой конституционной норме целям. Поэтому только федеральным законом, а не договором должно определяться, возможно ли (а если возможно — то в каких случаях) снижение банками в одностороннем порядке процентных ставок, с тем чтобы исключалось произвольное ухудшение условий договора для гражданина — вкладчика в отсутствие каких-либо объективных предпосылок.

Таким образом, без дополнительного правового регулирования, конкретизирующего основания и пределы необходимых ограничений, по существу отсылочное положение части второй статьи 29 Федерального закона «О банках и банковской деятельности», являющееся предметом рассмотрения по данному делу, применяться не может. Иное его истолкование правоприменителем, допускающее право банка на включение в договоры с гражданами — вкладчиками условия о возможности одностороннего снижения процентной ставки по срочному вкладу в отсутствие соответствующего федерального закона, не согласуется с Конституцией Российской Федерации.

Такое не соответствующее Конституции Российской Федерации понимание оспариваемой нормы фактически приводит к отказу в судебной защите (статья 46, часть 1, Конституции Российской Федерации) и к нарушению принципа равенства перед законом и судом (статья 19, часть 1, Конституции Российской Федерации), поскольку само содержание этой нормы не обязывает суды устанавливать наличие или отсутствие объективных предпосылок для одностороннего снижения банком процентной ставки по вкладам граждан, позволяет им ограничиваться формальным подтверждением условий договора и, следовательно, не гарантирует должную защиту прав граждан в судах.»

Читаешь и радуешься, как же все верно и честно на словах. Но увы, Конституционный Суд РФ не может потребовать от законодательной власти принять Закон, который бы залатал эти огромные пробелы, а также закрыл всевозможные лазейки для неосновательного и несправедливого обогащения банков.

Вывод из данного Постановления таков, что человек, гражданин, заемщик, неплательщик по кредиту, все они экономически слабые в сравнении с банком. Более того, «благодаря» договору присоединения, они становятся слабой стороной и с позиции права. Сильные становятся сильнее, слабые слабее. «Богатые» зарабатывают еще больше, бедные беднеют.

Постановление призвано прояснить для нас важный ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ МОМЕНТ — кредитный договор — изначально кабальный документ, и нет ничего удивительно, что многие люди не смогут платить по нему как бы они не старались. Нет ничего страшного или постыдного в том, что вам нечем платить по кредиту, ведь вся эта «игра» с заложенным в ней обманом, который должен был быть минимизирован или изничтожен государством изначально. Главное это внутренне не сдаваться, и не тратить на все это нервы. Денежные вопросы так или иначе можно решить, а вот вопросы здоровья порой уже нет. Не сдавайтесь, и не падайте духом!